«Второе пришествие» иранского истребителя F‑313 Qaher, несомненно, вызвало интерес у мирового авиационного сообщества. Если на первой презентации, состоявшейся в феврале 2013 г., был представлен макет, причем не слишком высокого уровня «достоверности», то теперь перед нами нечто, действительно похожее на самолет. Но сможет ли он взлететь и достигнуть тех целей, которые анонсируются его создателями? Попробуем разобраться.

15 апреля 2017 г. в Тегеране состоялся показ очередных новинок иранского военно-промышленного комплекса, ставший своеобразным отчетом о его деятельности за два года перед президентом страны Хасаном Рухани, а, благодаря многочисленным телерепортажам и публикациям в местной прессе, – и перед всем иранским народом. Главным событием мероприятия стала демонстрация руления по явно не предназначенной для взлета и посадок самолетов короткой полосе вертолеторемонтного предприятия PANHA прототипа иранского истребителя F‑313 Qaher. Кроме того, впервые был представлен опытный образец реактивного учебно-тренировочного самолета Kowsar. А в ангаре предприятия президенту Рухани, в числе прочих новых изделий местных оборонщиков, продемонстрировали получивший название Fakour‑90 аналог американской ракеты «воздух–воздух» большой дальности AIM‑54 Phoenix для состоящих на вооружении ВВС Ирана американских тяжелых истребителей четвертого поколения F‑14A, противокорабельную крылатую ракету Nasr‑1 (иранский вариант китайской С‑704) и разведывательно-ударный беспилотный летательный аппарат Mohajer‑6. Носивший очевидно пропагандистский характер апрельский показ авиационных и ракетных новинок в Тегеране вызвал традиционно скептическую реакцию у мирового экспертного сообщества. Попробуем и мы разобраться в реальных возможностях иранского военного авиастроения.